---

Лети, моя маленькая

Автор: April Eagle (aprileagle@freenet.de)
Перевод: Ildre del Suerte (del-suerte@yandex.ru)
Фандом: «Sailor Moon»
Жанр: Angst/Song-fic
Персонажи: Харука, Мичиру, Эльза, Хотару.
Рейтинг: PG
Summary: Мучительно больно терять близких. Но когда-нибудь мы обязательно встретимся.
Disclaimer: Все персонажи принадлежат Наоко Такеучи. Песня "Fly" – Селин Дион и Жан-Жаку Голдману.
Разрешение на перевод: получено
Примечание автора: Спасибо всем, кто прочитал эту историю. Все комментарии отправляйте на aprileagle@freenet.de
Мне бы хотелось поблагодарить Адрианн, которая любезно согласилась отредактировать мой рассказ. Я немка, так что говорить и писать по-английски, как носитель языка, я – увы – не умею.

Эта история для Джеки. Ты навсегда останешься в наших сердцах. Навсегда.

“Хару?”
“Да, моя маленькая?”
“Мне не придется ждать слишком долго?”
“Нет, малышка. Один час здесь равен одной секунде там.”
“И мы снова будем вместе?”
“Ну конечно.”
“А что если я заведу там друзей и буду играть с ними, когда ты придешь?”
“Не волнуйся. Я найду тебя. Где бы ты ни была, я найду тебя.”
“Это хорошо.”
В комнате было темно. Маленькая девочка лежала на широкой кровати. Рядом на коленях стояла высокая девушка и крепко держала ее за руку.
“Хару?”
“Да, маленькая?”
“Я люблю тебя.”
“Я тебя тоже люблю.”
В комнате было темно, и малышка не видела, как по щекам девушки текут слезы.
***
“Fly, fly little wing
Fly beyond imagining
The softest cloud, the whitest dove
Upon the wind of heaven’s love
Past the planets and the stars
Leave this lonely world of ours
Escape the sorrow and the pain
And fly again”
***
“Мичиру!” – ее вопль был слышен по всему общежитию.
Проходящие мимо девочки весело захихикали, им было хорошо известно, что за фрукт Эльза Грей.
Эльза вечно куда-то спешила. Говорить тихо и спокойно она не могла просто физически, а оказавшись на вечеринке непременно становилась центром всеобщего внимания. Тем удивительнее казалось тот факт, что она не только поселилась в одной комнате с самой тихой девочкой в школе, но и стала ее лучшей подругой.
Эльза трещала без умолку, а Мичиру с улыбкой ее слушала. Она была очень красивой. Невысокая, с вьющимися аквамариновыми волосами, всегда аккуратно и со вкусом одетая. В интернате к ней хорошо относились. Да и кто посмел бы тронуть ее, зная, что Эльза принимает в штыки всех, кому Мичиру не нравится! А с Эльзой было лучше дружить, это все знали. Конечно, порой она здорово действовала на нервы, но никто, будучи в здравом рассудке, не согласился бы иметь ее среди своих врагов
“Мичиру! Ты где?”
Определенно ее крики разбудили бы и мертвого.
“А?” – Мичиру вышла из ванной, накинув махровый халат. Стоял жаркий летний день, и она только что вернулась из бассейна. Школьные соревнования начинались уже на следующей неделе, и девушка хотела победить. Как обычно, в общем-то.
“Помнишь, я говорила тебе о той девчонке? Ну, та, что в моей команде?” – Эльза казалась чересчур взволнованной, но Мичиру не стала обращать на это внимания. Спрашивать Эльзу, что с ней такое, не имело смысла, та лишь глупо отшутится. Поэтому она молча взяла полотенце, собираясь подсушить волосы.
“Кажется, помню. Она единственная, кто может тебя победить. Верно?”
“Ну...” – Эльза поперхнулась и слегка покраснела. Она очень не любила проигрывать, но эта девчонка была слишком быстрой для нее. Однажды бегунья даже сказала Мичиру, что эта девочка быстра как ветер. А разве ветер можно обогнать?
“В общем, неважно.” – Эльза снова кашлянула и нервно прошлась по комнате. Половина Мичиру как всегда была аккуратно прибрана, а Эльзы как всегда – нет. Девочка споткнулась о груду обуви, чертыхнулась и огляделась по сторонам. - “Слушай, ты все еще играешь на скрипке?”
“Конечно.” – Мичиру удивленно вскинула брови и забралась на кровать, чтобы взять ее с полки. Она осторожно достала инструмент из футляра и протянула Эльзе. Покрытая лаком скрипка блестела в лучах заходящего солнца. – “Отец подарил мне ее, когда я была совсем маленькой. С тех пор я беру уроки музыки, и преподаватели говорят, что у меня получается.” – Девушка явно преуменьшала свои заслуги, она не любила хвастаться своими успехами. Но как-то раз Мичиру выступила на школьном вечере, и все были в восторге.
“В таком случае, может, ты окажешь мне небольшую услугу?”
Мичиру рывком подняла голову, заслышав низкий грудной голос. В дверях, прислонившись к косяку, стояла светловолосая девушка. Волосы у нее были подстрижены так коротко, что Мичиру сначала даже показалось, что перед ней мальчик. Но та скрестила руки на груди, и сквозь просторную черную рубашку отчетливо просматривались женственные очертания.
Серые глаза устало блеснули, когда она сняла темные очки. Хотя погода стояла жаркая и солнечная, девочка была бледной до синевы. Под глазами запали тени, и у Мичиру мелькнула мысль, что она, должно быть, тяжело больна.
“Привет, Харука!” – Вскочила изумленная Эльза и подошла к гостье. – “А я думала, ты придешь не раньше шести.”
“Я слишком рано, да? Я могу зайти попозже.” – Харука похлопала по карманам, ища свои очки, хотя убрала их всего минуту назад. Похоже, она была первой и единственной, кто не реагировал на шуточки смуглой бегуньи.
И это подруга Эльзы?
Мичиру нахмурилась и покрепче прижала к себе скрипку. Она представляла Харуку совсем другой. После всего того, что рассказывала ей Эльза, блондинка казалась слишком тихой и измученной, и у нее был какой-то отсутствующий вид.
Это великая бегунья? Дитя ветра? Тено Харука?
“Нет уж.” – Надулась Эльза. – “Не делай из меня негостеприимного монстра! Сейчас я сварю кофе. И не смотри так хмуро. Знаешь же, что меня этим не запугать!” – Девочка с малиновыми волосами решительно направилась в сторону кухни и принялась искать чашки. Что ж, если кто и мог приготовить по-настоящему хороший кофе, то это, несомненно, была Эльза. Мичиру всегда с удовольствием его пила, но в данный момент ей хотелось, чтобы Эльза оставалась рядом, а не бросала ее наедине с этой странной девчонкой.
“Привет. Я Харука Тено. Приятно познакомиться.” – сказала блондинка и поклонилась. Мичиру увидела, что широкая рубашка висит на ней как на вешалке. Харука была еще более худой, чем казалось на первый взгляд.
“Кайо Мичиру.” – Пробормотала она и хотела поклониться в ответ, но Харука остановила ее, взяв в руки скрипку. У нее были длинные, тонкие пальцы. Она бережно провела рукой по струнам. Нежно, словно поглаживала что-то. Или кого-то.
“Ты, правда, можешь сыграть эту песню?” – спросила она спустя несколько мгновений и выудила из заднего кармана джинсов скомканный листок бумаги. А Мичиру про себя удивилась, как Харуке не жарко в такой одежде, но тут же отвлеклась на листок с нотами. Это была медленная и очень нежная мелодия, Мичиру слышала ее по радио.
“Да.” – Мичиру кивнула, забирая у нее инструмент. Она положила листочек на стол, а затем вскинула скрипку и заиграла. Это была очень трогательная песня. Она слышала бархатистый мужской голос, но не могла разобрать слов. Но мелодия запомнилась четко, и девушка сыграла ее, не пропустив ни одной ноты.
“Ну как…” – Она опустила скрипку и замерла, увидев слезы в темно-серых глазах. Харука быстро подняла руку, пытаясь их потихоньку вытереть.
Что там Эльза говорила мне все время об этой девчонке? Она же совершенно другая!
Мичиру сглотнула, увидев такое же потрясенное выражение на лице подруги.
“Пожалуйста, сыграй еще раз. У меня дома.” – Казалось, Харука силится, чтобы не заплакать, но тихий всхлип она сдержать все-таки не сумела. – “Для моей маленькой сестры.”

***
“Fly, fly precious one
Your endless journey has begun
Take your gentle happiness
Far too beautiful for this
Cross over to the other shore
There is a peace forevermore
But hold this memory bittersweet
Until we meet.”
***
Это был самый большой дом, который Мичиру когда-либо видела. Нет, ее родители были людьми далеко не бедными. Они могли позволить себе оплачивать обучение дочери в известной частной школе. В любой момент Мичиру могла собраться и навестить их. У нее ни в чем не было недостатка. В кошельке у девочки всегда было вдосталь карманных денег на книжки и сладости, которыми, к слову, Мичиру частенько делилась с Эльзой. Та была самой большой обжорой, какую Мичиру только знала.
“Почему ты учишься в интернате, если живешь буквально за углом?” – спросила, не в силах скрыть удивление, Мичиру и покрепче прижала к себе футляр со скрипкой. Рядом стояла Харука и сосредоточенно рылась в рюкзаке в поиске ключей. Несколько листочков выпали и планов спланировали на землю, и Мичиру успела отметить, что блондинка получила очень плохие оценки на экзаменах. В это время Харука наконец-то отыскала ключи и, не глядя, запихнула результаты своих тестов обратно в рюкзак. Прошел всего день с тех пор, как Харука попросила Мичиру сыграть для ее сестры, а Мичиру согласилась, но все мысли юной скрипачки были заняты только этой странной девчонкой. Она мало спала прошлой ночью, но сколько девушка не расспрашивала Эльзу, все было бесполезно. Подруга ничего не знала о ее сестре. Эльза вообще не помнила, чтобы Харука хоть раз упоминала о своих родных, и Мичиру снова и снова задавалась вопросом, какая же она, эта девочка.
“Там лучший в городе спортивный клуб.” – ответил ей низкий грудной голос, преследовавший Мичиру даже во сне, когда под утро та, наконец, задремала.
Харука открыла дверь, и взгляду скрипачки предстал длинный и темный коридор. Мичиру сглотнула и вдруг задала себе вопрос, а почему, собственно она это делает? Потому что Харука – подруга Эльзы? Или потому, что блондинка выглядела такой потерянной, когда попросила ее сыграть? Мичиру не находила ответа, но когда девочка вошла в дом, ноги у нее вдруг стали как ватные.
Что, если она бросится на меня?
В собственном доме? Не будь дурой, Мичи. Все, что от тебя требуется, это сыграть на скрипке.
Но я ее совсем не знаю!
Она тебя тоже, так что все по честному.
Мичиру вздохнула и поспешила за Харукой, старательно игнорируя внутренние голоса. На стенах девушка видела множество картин, но у нее не было времени остановиться и как следует рассмотреть их. Харука шла очень быстро, а юной скрипачке совсем не улыбалось заблудиться в этом огромном доме. Внезапно Харука остановилась. Мичиру чуть не врезалась в нее и теперь вопросительно смотрела на скрытое тенью лицо девушки.
“Ты только… не волнуйся. Моя сестренка тяжело больна и не может встать с постели. Она…” – Казалось, Харука снова сдерживает себя. Затем она глубоко вздохнула. – “Это ее любимая песня. Мама часто играла эту мелодию на скрипке, но она умерла в прошлом году. А я сама не умею, поэтому и попросила тебя помочь.”
Мичиру открыла рот, но прежде чем она успела ответить, дверь распахнулась, и девушка очутилась в большой комнате. Шторы были плотно задернуты, и поначалу ей показалось, что она стоит в кромешной тьме. Потом глаза привыкли, и она увидела очертания постели. Рядом с кроватью горел ночник, и в его свете Мичиру увидела маленькую девочку. В первый миг скрипачке захотелось развернуться и убежать. Убежать быстрее из этого ужасного дома к яркому солнцу и голубому небу. Потому что это девочка была не просто худенькой, она была истощена до крайности. Просто оживший скелет. Головка обмотана темным шарфом, и Мичиру предположила, что у нее нет волос. Но затем она увидела большие фиалковые глаза. Они были полны жизни. Жизни, которая, казалось, вот-вот покинет крошечное тельце.
Мичиру ничего не понимала в медицине, но даже она ясно видела, что малышка очень больна. Но ее глаза… Глаза светились любопытством, а бледные губы растянулись в радостной улыбке.
“Привет...” – прошептал тоненький голосок. Скрипачке понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что это девочка заговорила с ней. Секунду она колебалась, а затем смело подошла к кровати и опустилась перед ней на колени.
“Привет. Я Мичиру.” –Представилась девушка и осторожно коснулась детской ладошки. Рука была холодной.
“А я Хотару.” – малютка улыбнулась еще шире и внимательно посмотрела на ее скрипку. – “Ты сыграешь мне что-нибудь?”
“Конечно.” – Мичиру огляделась по сторонам и увидела, что Харука стоит возле окна. – “Только мне нужно больше света. Ничего, если я открою занавески?” – Блондинка кивнула, и Мичиру опять повернулась к девочке.
Всего пять лет! Как мир может быть таким жестоким?
Но она не хотела, чтобы Хотару заметила ее смятение, и потому вынула из футляра скрипку.
“Что ты хочешь услышать? Я знаю много песен. Вот, смотри. Эту книжку мне подарила папа, когда я была ребенком. Мы часто играли вместе.”
“Это хорошо.” – Несколько мгновений Хотару изучала сборник. Мичиру засомневалась, знает ли ребенок ноты. – “Моя мама тоже играла на скрипке. Но она умерла.”
“Мой отец тоже.” – Призналась Мичиру. – “Я уверена, сейчас они на небесах и вместе играют на скрипке.”
Хотару задумчиво поглядела на нее, затем кивнула и широко улыбнулась. Она попыталась сесть, и Харука тут же очутилась рядом, чтобы подложить ей под спину подушку. Тем временем шторы раздвинули, и комнату залил солнечный свет. Все так же, стоя на коленях, Мичиру пристроила скрипку на плечо и заиграла. Сначала она исполнила мелодию, о которой ее вчера просила Харука. Минут через пять она закончила, но уйти не смогла. Она просто не сумела оставить Хотару. Поэтому она взяла сборник и принялась играть другие мелодии. Песни, которые разучивал с ней отец. Песни, которые часто пели в детском садике. Хотару слегка нахмурилась, похоже, эти мелодии она не знала. И Мичиру начала подпевать там, где знала слова. Скоро к ней присоединилась Хотару, и они стали петь хором. Малышка хотела, чтобы она играла снова и снова. Щеки девочки порозовели, исчезла болезненная бледность. Фиалковые глаза сияли, и она весело рассмеялась, когда Мичиру залаяла как собачка из детской песенки. Собачка утащила сосиску и раздумывала, где бы ее втихаря съесть.
Мичиру не знала, сколько времени она там провела. Зашло солнце и взошла луна. Хотару выглядела усталой, и, сыграв две песенки в одиночку, Мичиру поняла, что малышка уснула. На ее лице по-прежнему играла улыбка. Девушка проглотила стоящий в горле комок и отложила инструмент. Она осторожно провела пальцем по щеке и, не задумываясь, поцеловала девочку в лоб. В следующее мгновение Харука накрыла сестру одеялом и положила рядышком плюшевого мишку. Все это время блондинка стояла у окна и смотрела на них. А теперь она напомнила Мичиру, что пора уходить. Хотару должна спать.
Мичиру кивнула. Она убрала скрипку в футляр и тихо вышла из комнаты. Харука проводила ее до дверей, и там скрипачка задержалась, всматриваясь в лицо Харуки. На губах той играла слабая улыбка.
“Спасибо, Мичиру. Ты сделала ее счастливой. Такой, какой она должна быть: маленькой, счастливой девочкой.”
Мичиру сглотнула, услышав эти слова, и поклонилась.
“Для меня это большая честь. Ты позволишь мне прийти завтра?”
“Конечно. Вы же теперь друзья, верно?”
“Верно.”
Но было что-то в голосе Харуки, заставившее Мичиру вздрогнуть.
***
“Fly, fly do not fear
Don’t waste a breath, don’t shed a tear
Your heart is pure, your soul is free
Be on your way, don’t wait for me
Above the universe you’ll climb
On beyond the hands of time
The moon will rise, the sun will set
But I won’t forget”
***
На следующий день Харука не пришла в школу. Обычно Мичиру не видела ее, поскольку Тено училась в другом классе. Но Эльза сказала ей, что блондинка не пришла на тренировку. Мичиру пыталась позвонить ей, но к телефону никто не подошел. Поэтому она снова взяла скрипку и направилась к дому бегуньи.
Кое-что изменилось. Неподалеку от входа стояли несколько машин. Может быть, вернулся отец Харуки? Мичиру не видела его вчера и решила, что он в командировке. Дом по-прежнему выглядел тихим и мирным, в окнах горел свет. Девушка вздохнула, но развернуться и уйти не смогла. Она теперь подруга Хотару и Харуки, так ведь? Ну, пускай она знала сестер всего день-два, но ей этого было достаточно. Она хотела узнать их получше. Она хотела стать их близкой подругой. Как бы то ни было, ей хотелось быть рядом с ними.
Мичиру тяжело вздохнула и нажала на звонок. Сначала ничего не произошло. Затем хлопнула где-то в глубине дверь. Она услышала мужской голос, и ее сердце сжалось. Но прежде чем скрипачка успела что-то сделать, дверь распахнулась и в проеме показалась голова Харуки. Девушка выглядела еще хуже, чем в последние дни. Волосы всклокочены, а лицо настолько бледное, что она больше походила на привидение, а не на живого человека. Блондинка открыла дверь шире. На часах уже пробило четыре, но она все еще была одета в пижаму. Темно-синяя ткань была вся заляпана жирными пятнами. Мичиру хотела что-то спросить, но тут она посмотрела в заплаканные глаза девушки. Харука моргнула, и две слезинки скатились по щекам, оставляя за собой грязные следы на бледной коже.
“Нет...” – прошептала Мичиру. Пальцы разжались, и скрипка с громким стуком упала на порог. Но она не слышала. Она ничего больше не замечала. Только полное отчаяния лицо Харуки. Только бегущие по щекам слезы и подрагивающие губы.
“Химме-чан была очень больна. Мы перепробовали все возможное. Мы обращались за помощью ко всем врачам. Она перенесла очень много страданий. Множество операций. Долгое лечение.” – Харука говорила это, глядя на Мичиру, но смотрела она сквозь нее. –“Спасибо, что сыграла для нее вчера. Рассмешила ее. Сделала счастливой.” – Голос Харуки дрогнул. – “Вчера вечером она умерла.”
Мичиру не знала, что говорить, как реагировать. Все, что она могла сделать, это обнять плачущую Харуку. Крепко прижать к себе отчаянно всхлипывающую девушку. Просто быть рядом в этот страшный миг. Все ближайшие недели. И, как они узнали позже, всю оставшуюся жизнь.
***
“Fly, fly little wing
Fly where only angels sing
Fly away, the time is right
Go now, find the light”
***
“Хару?”
“Да, моя маленькая?”
“Ты была права. Я ждала совсем недолго.”
“Ну конечно, малышка. Семьдесят лет – здесь всего несколько часов.”
“И я нашла здесь хороших друзей. Я с ними играла все это время.”
“Замечательно.”
Они сидели на зеленом лугу возле озера с прозрачно-голубой водой. С неба припекало солнышко.
“Хару?”
“Да, малышка?”
“А Мичи ты с собой не позвала?”
“Конечно, позвала. Она придет минут через десять. Это не очень долго.”
“Это хорошо.”
Маленькая девочка забралась к ней на руки и радостно засмеялась. Они закружились на месте, дурачась и щекоча друг друга, и даже не заметили третью девочку, появившуюся спустя несколько минут. Легкий ветерок развевал ее аквамариновые волосы. В руках она держала скрипку. На лице у нее играла счастливая улыбка.
“Хару?”
“Да, маленькая?”
“Я люблю тебя.”
“Я тебя тоже люблю. Что бы ни случилось.”
Конец