Глава вторая: Печальный мальчик
Я скажу ему, что я просто идиот, и что ему не надо так расстраиваться из-за ссоры."Ятен!"
"Ятен!!!"
Оба, Какуйя и Сейя, кричали так громко, как только могли. Их голоса потусторонне звучали в безмолвном лесу. Одна или две совы встрепенулись, но их испуганное уханье было единственным ответом, что они получили. Оледеневший снег проваливался под их ногами, когда они углубились в лес. Чем дальше, тем все больше их путь усеивали зловещие тени, и не будь дети так обеспокоены малышом, они бы перепугались до смерти.
"Ятен!"
"Ятен!!!"
И снова никто не ответил.
"Ты еще видишь следы, Сейя?"
"Да." - Вскоре Сейя остановился, поднося факел ближе к земле. Он шумно сглотнул и покачал головой. - "Здесь он дважды упал, но продолжал идти." - Прошептал он и оглянулся. Его синие глаза вглядывались во тьму, но вокруг никого не было.
Ни Ятена, никого.
"Ятен!!!"
"Ятен!"
Они продолжали идти, Сейя постоянно смотрел на землю, боясь потерять след. Какуйя озиралась по сторонам, смотрела на деревья. Оба, как могли громко выкрикивали имя Ятена.
Я извинюсь.
Я никогда больше не буду ругаться, я обещаю.
Пожалуйста, только пусть с ним все будет хорошо!
"Ятен!!!"
"Ятен!"
Сейя едва не упал оттого, что внезапно Какуйя выхватила у него факела и подняла над головой. Он вскинул лицо, и у него расширились глаза. Прямо перед ними, под большой елью, в тени лежал маленький мальчик.
"Ятен???" - закричал Сейя, подбегая к своему младшему брату. Малыш не реагировал. Серебристые волосы рассыпались по плечам, казалось, он спит. Глаза были закрыты, а лицо - пепельно-серым. Маленькие ручонки судорожно сжимали жесткую подушку.
"Ятен?!?" - Сейя взял мальчика на руки и испугался, почувствовав, что Ятен совсем холодный. - "Ятен, скажи что-нибудь..."
Я попрошу прощения!
Пожалуйста, открой глаза!
Я сделаю все, что хочешь, только, пожалуйста, пусть с тобой все будет в порядке. Пожалуйста!!!
"Ятен, это не смешно!" - всхлипывал Сейя, нещадно тряся маленького мальчика. Ятен не реагировал, глаза, по-прежнему были закрыты, а безжизненные руки стискивали подушку, пока Сейя стаскивал свитер, укутывая холодное маленькое тельце.
"Ятен, пожалуйста, прекрати шутить! " Но Сейя знал, что маленький мальчик не шутил, то, что он не слышал его.
Мы отсутствовали всего десять минут.
Этого не может быть...
Но тебе понадобилось много времени, чтобы рассказать Тайки, что же произошло, затем вы обыскали весь замок, пока не наткнулись на открытую дверь. Кто знает, как долго он уже за пределами замка, ночью, холодной зимой?
"Сейя..." - Какуйя опустилась на колени близ плачущего друга и коснулась лица Ятена. - "Он не дышит..."
"Нет!" - Сейя замотал головой, стиснув безжизненное тело в объятиях, пытаясь согреть его. - "Нет! Этого не может быть!"
"Сейя. Мы должны что-нибудь сделать." - Какуйя поправила маленькую корону, которую она всегда носила и взял руку Ятена в свою ладонь. - "Ты слышишь меня, Сейя? Мы должны что-нибудь сделать или он умрет!"
...или он умрет...
Нет!
Я никогда не хотел такого женоподобного брата, но я никогда не желал ему смерти!
Нет!
Сейя заморгал, щеку вдруг обожгло. Он посмотрел прямо в полные слез глаза Какуйи. Она сжимала маленькую руку, на лице ее была написана решимость.
"Прекрати истерику, Сейя. Мы обязаны что-нибудь сделать. Немедленно!" - твердо произнесла она, снова взявшись за ледяные руки Ятена.
"Твоя сила?" - спросил темноволосый мальчик, крепче прижимая к себе Ятена.
"Да. Я наконец могу управлять ею. Немного, во всяком случае. Но, боюсь, я не достаточно сильна, чтобы справиться в одиночку. Мне нужна твоя помощь."
Сейя кивнул, сообразив. Было известно, что все члены королевской семьи обладают особой силой, обращаться с которой они учились, когда вырастали. Сейя еще не видел силы Какуйи и не знал, подействует ли она, но глянув на закрытые глаза, он понял, что сделает, что угодно.
"Что мне делать?"
"Просто держи его. Держи его, Сейя, и не отпускай. Что бы ни случилось."
"Хорошо. "
Нет, он не отпустит его снова. Он не оттолкнет безжизненного мальчика опять.
Я попрошу прощения, Ятен.
Пожалуйста, открой глаза.
Пожалуйста!
Сейя кивнул, крепко сжал маленькое безжизненное тельце и закрыл глаза, поскольку Какуйя погрузилась в транс.
~~***~~
Ты самое большое разочарование!
Нет, не я. Не говори этого. Не делай...
Ятен продирался сквозь сугробы, даже не замечая, как начали нещадно болеть ноги. Боль в душе была так велика, что полностью заслонила боль тела. Маленький мальчик судорожно сжимал подушку, бредя по дремучему лесу. Поначалу он искал свою спальню, но, после того, как он потерпел неудачу в десятом коридоре, дворец неожиданно кончился. Он не мог больше дышать, он не мог больше оставаться там и просто дернул очередную дверь и обнаружил выход. Свежий воздух помог ему вздохнуть, спазмы в животе ослабли, но не ослабла боль в сердце.
Ты самое большое разочарование!
Нет... замолчи! Только замолчи!!!
Ятен машинально побежал в сторону, где он лепил снежную семью. Его снежная птичка еще не завершена, и сейчас ему хотелось ее долепить. Иначе она будет отличаться от всех снежных птиц в мире. Ятен слишком хорошо знал, какого это, отличаться от всех, и ему не хотелось, чтобы птица была печально. Такой же печальной, как и он.
Ты самое большое разочарование!
Я никогда не хотел быть один. Я всегда хотел, чтобы все гордились мной: мой отец, моя мама, семья Коу. Тайки. Какуйя. Сейя...
Ты самое большое разочарование!
Я изо всех сил старался быть идеальным сыном и идеальным братом.
Ты самое большое разочарование!
Я подвел... опять...
Ятен всхлипнул и споткнулся о корень. Он плашмя упал в снег. Волосы занавесили лицо, когда он медленно поднимался на ноги. Они замерзли, и он едва ощущал их. Но это было в его духе. Он просто не обратил на это внимания, как не обращал внимания на дрожь во всем теле, на дробь зубов.
Он крепко держал перед собой подушку, словно щит.
Ты самое большое разочарование!
Он сделал еще два шага и опять упал.
Ты самое большое разочарование!
Снова в его голове раздался голос отца и он вздрогнул раненным зверем, ощутив давно забытую боль на спине.
"Нет..." - пискнул он, хватаясь за голову, прижимая к лицу подушку. - "Нет..."
Ты самое большое разочарование!
Отец снова кричал на него. Называл приблудышем. Ятен не знал, что это означает, но он понимал, что это, должно быть, что-то плохое. Он был кем-то плохим, когда отец так называл его. Когда отец ненавидел его, потому что он был приблудышем. Когда отец был зол и снова наказывал его.
Своим хлыстом...
"Нет... нет..."
Ты самое большое разочарование!
Ты заслуживаешь того, чтобы быть моим сыном!
Ты заслуживаешь того, чтобы жить в моем доме.
Однако он жил в доме своего отца, как его сын, потому что он был и сыном своей матери. Пока его любимая мамочка не умерла.
Мамочка...
Ятен с трудом встал на ноги и попытался убежать. Подальше от воспоминаний об аварии. Они были хуже, чем все прежние кошмары.
Он снова увидел, как из голубизны неба на них надвигается песчаная буря. Никто не ожидал этого. Он снова ощутил, как экипаж, в котором они сидели, подняло в воздух и перевернуло. Он снова почувствовал, как мама крепко прижала его к себе и как ее ударной волной выбросило из экипажа. Он снова увидел, как она лежала на песке с широко распахнутыми глазами. Он снова попытался разбудить ее.
"Мама! Вернись ко мне!"
А она не просыпалась. Он был брошен в жестоком мире, который не желал его, которому он был не нужен.
Мамочка...
Ноги подкосились, и Ятен упал в сугроб. Он прижал подушку к груди, а по лицу в это время сбежали две крошечные слезинки.
Мама!
Я хочу быть с тобой!
Пожалуйста, возьми меня туда, где ты!
Дядя, который забрал его к себе после похорон, сказал ему, что его мать теперь будет гнить в земле, но он ему не поверил. Когда его домашний любимец умер, он очень грустил, и мама утешила его. Она рассказала, что его любимец ушел на далекую-далекую планету. На планету, куда уходят все, кто умер. На чудесную планету, где все счастливы. На планету, где зверек вечно будет ждать его.
Мама? Ты ждешь меня? Там?
Ятен закашлялся, на него навалилась усталость. Ему вдруг захотелось одного: закрыть глаза и уснуть. Ему не хотелось плакать, ему не хотелось вновь слышать этот голос, ему не хотелось вспоминать тот день, когда он потерял свою любимую мамочку.
Ты самое большое разочарование!
Неужели правда? Он и впрямь был большим разочарованием? Но разве мама когда-нибудь говорила, что он сплошное разочарование? Разве она не называла его чудом? Своим любимым сыночком? Своим маленьким Ятеном? Разве она не любила его таким, какой он есть? С его серебристыми волосами и бледной коже, так быстро обгоравшей на солнце? Разве она не сердилась, когда кто-то обзывал его приблудышем? Разве она не оберегала его от всего зла в мире, когда у нее хватало сил защитить его?
Разве она не была его любимой мамочкой, а он - ее любимым сыночком?
Да, они были.
Ты такой хорошенький малыш, Ятен.
Внезапно печальному мальчику больше не было так грустно. Внезапно он почувствовал себя счастливым.
Счастливым и свободным. В объятиях мамы.
Ты такой прекрасный мальчик, Ятен.
Ятен поднял лицо и радостно улыбнулся маме, склонившейся к нему, чтобы поцеловать.
Ты мое чудо, милый.
~~***~~
Когда Сейя вновь открыл глаза, у него закружилась голова. Какуйя была окутана ореолом яркого света, а ее маленькая корона переливалась всеми цветами радуги. Вокруг ее маленького тельца мерцало красноватое сияние, и она сосредоточенно хмурилась. Затем свет коснулся Ятена и, наконец, достиг Сейи. У черноволосого мальчика перехватило дыхание. Боль оказалась сильнее, чем он ожидал, и он едва не отпустил Ятена. В последнее мгновение он вспомнил, зачем он держит на руках малыша, и почему он должен терпеть эту боль.
Ятен тоже чувствует ее?
Может ли он все еще чувствовать боль?
Что бы Какуйя ни делала, это должно сработать. Это должно помочь. Это должно вернуть Ятена. Неважно как. Неважно...
Сейя вскрикнул от усилившейся боли, но не отпустил ребенка. Он даже упрямо прижал его к груди. В конце концов, это по его вине Ятен выбежал ночью на мороз. Если бы он не произнес все эти жестокие слова, Ятен никогда бы не убежал. Если бы он внимательно прочитал ту треклятую открытку, ничего бы не произошло.
Нет, это не открытка, а я.
Я не хотел такого брата, поэтому прочел лишь то, что хотел прочитать. Я почти что жаждал прочесть только его имя на открытке, чтобы получить повод наорать на него.
Я большое разочарование.
Я, а не он.
Сейя застонал и вновь прикрыл глаза. Он не хотел больше видеть пепельно-серое, безжизненное лицо младшего брата.
Я всегда хотел быть старшим братом.
Теперь я получил эту возможность... и потратил ее впустую.
Но он был таким женоподобным мальчиком!
Ну и что?
Ты и сам далеко не образцовый старший брат!
Сейя с силой зажмурил глаза, но вскоре красноватое сияние заполнило весь его разум. Он не мог избавиться от него, как ни старался не замечать этот свет.
Я должен был дать ему больше времени, прежде чем осуждать его.
Я должен был быть терпеливее.
Я должен был... да кто я, черт возьми, чтобы судить его???
Красное сияние, казалось, обжигало глаза, и он измученно простонал. Потом все вдруг пропало, и он остался на заснеженном холме. Это должен был быть укутанный снегом холм, потому что он был весь белый, там совсем не было травы. Не было таким же белым, как и земля, но, как он ни искал, Сейя не смог разглядеть облака.
"Мама..."
Тоненький, жалобно поскуливающий голосок заставил его обернуться. Он невольно приоткрыл рот, увидев маленького мальчика, стоящего возле витавшей в воздухе, бесплотной тени. Но Сейе было не важно, что означает эта тень, его волновал лишь мальчик. Что бы Какуйя или красное сияние ни делали, Сейя осознавал, что это он, а не принцесса, должен вернуть Ятена. Темноволосый мальчик стоял со своим младшим братом совсем один.
"Ятен?"
Сейя вскочил на ноги и направился к малышу, тянувшемуся к тени, которую он никогда бы не смог достать, хотя он пытался изо всех сил.
"Ятен?"
Сейя тяжело вздохнул и схватил Ятена за рук. Маленький мальчик повернул к нему лицо, и по бледным щечка потекли крупные слезы.
"Мама..." - прошептал он и хотел было стряхнуть руку стоящего позади высокого мальчика. Он не хотел больше его видеть, он не хотел больше никого видеть, кроме его любимой мамочки. Кроме его милой мамочки, до которой он не мог дотянуться, как он ни старался.
"Ятен, вернись!" - Сейя вздрогнул оттого, что Ятен вдруг стряхнул его руку и попытался вырваться.
"Нет, я хочу остаться со своей мамой!" - закричал маленький мальчик, отчаянно пытаясь высвободить свою ладонь из руки Сейи. - "Я не нужен вам, а маме..." - Он обернулся и опять потянулся к тени, протягивая ей другую руку. - "Я хочу остаться со своей мамочкой..."
О чем он говорит?
Его мать мертва, он не может уйти с ней.
Он не может...
Сейя сглотнул, поскольку тень, похоже, выросла. Ветер развевал волосы Ятена, и старший мальчик едва не упустил малыша, пытаясь стряхнуть серебристые пряди со своего лица.
Боже, как же долго...
Мысль потонула в разуме Сейе, как у тени появилось лицо. Как две руки выскользнули из тьмы, пытаясь коснуться протянутой руки Ятена. Маленький мальчик громко визжал и вырывался, желая оказаться с тенью, но Сейя оказался быстрее. Он сгреб малыша в охапку и крепко прижал к себе, не обращая внимания на то, как извивался Ятен, дрыгал руками и ногами, стремясь уйти.
"Я хочу к маме..."
"Ты не можешь уйти со своей мамой, Ятен! Она умерла!"
"Тогда я тоже хочу умереть!" - всхлипнул малыш и ударил Сейю кулаком в живот. У старшего паренька немедленно возник рвотный позыв, но он крепко держал младшего брата." - Тогда я хочу умереть..."
"Нет, ты не хочешь умереть!" - твердо сказал Сейя, но в душе он был потрясен. Это правда? Ятен и впрямь так сильно тоскует по матери, что хочет умереть? Но ведь его, Сейи, родители так добры к нему, они так заботятся о нем, и они так отчаянно стараются сделать его счастливым. Почему же он хочет уйти от них? Это ведь только он, его тупой братец, орал на него, но все остальные в семье точно любят его. Мама обожает его, отец даже бросает деловые встречи, когда Ятен нуждается в нем, и Тайки сделает что угодно ради своего нового брата - все это заставляло Сейю дьявольски ревновать.
Он хочет умереть, хотя почти что все любят его?
Он хочет быть со своей матерью, хотя вся моя семья искренне считает его новым сыном?
Сейя сглотнул, удерживая вырывающегося Ятена, и задохнулся от нового удара по животу, на этот раз ногой.
Ты терял свою маму?
Ты знаешь, как это, терять кого-то дорогого тебе, как долгожданного жеребенка Снежинки два года назад?
Ты понимаешь, что он чувствует?
Он потерял всю свою семью и был отвергнут новой!
Но...
Для него достаточно почувствовать, что хотя бы один член семьи отвергает его, чтобы подумать, что он не нужен всей семье.
Ну...
Сейя тяжело вздохнул, больше не в силах игнорировать внутренний голос. Нет, он не знал, чувствует Ятен, он не знал, как это, терять дорогое тебе существо, как не знал и какого это, чувствовать себя отвергнутым кем-то важным для него.
"Тогда я хочу умереть..." - повторял, рыдая, Ятен, а тень становилась шире. Глаза с угрозой смотрели на мальчиков, но Ятену в них виделась тоска, и он сделал новую попытку высвободиться. Сейя лишь закусил губу и помотал головой.
"Я не отпущу тебя, Ятен! Забудь про это! Я не дам тебе умереть, мама с папой никогда не простят мне, если с тобой что-нибудь случится."
"Я хочу быть с МОЕЙ мамой..."
"Но она мертва, а мои родители живы. Они любят тебя. Они любят тебя, как своего собственного ребенка, и им будет очень грустно, если ты умрешь." - Сейя поперхнулся, в то время как атаки Ятена слегка ослабли. Но вдруг поднялся сильный ветер, и ему пришлось кричать, чтобы заставить малыша понять его слова.
"Они будут так же горевать о твоей смерти, как ты - своей маме. Они любят тебя, Ятен! Они хотят заботиться о тебе так же, как они заботятся о Тайки и обо мне. Они усыновили тебя, потому что хотят, чтобы ты стал им сыном. Потому что они любят тебя!" - Ветер развевал волосы Сейи и заставлял глаза слезиться.
"Я не верю тебе!" - выкрикнул Ятен и мотнул головой, опять ударив его в живо, но на этот раз гораздо слабее. Существовало два варианта: у него не больше не хватало сил вырываться, или он и впрямь прислушался к нему. Сейя надеялся на вторую возможность, поэтому и продолжать кричать, сражаясь с ветром.
"Мама готовила для тебя, а она почти никогда не готовит, потому что у нее нет времени. Папа не единожды прерывал важные встречи, потому что беспокоился о тебе. И Тайки проводил с тобой все своего свободное время, ездил с тобой верхом или пытался научить тебя кататься на коньках. Они никогда бы не делали все это, если бы они не любили тебя!"
"Но ты меня ненавидишь!"
Эта простая фраза, простое утверждение и, прежде чем Сейя сумел открыть рот, чтобы возразить, чтобы сказать, что это не правда, он осознал, что это его вина, что Ятен так ужасно о нем думал. Сейя оказался единственным, кого не волновал страх Ятена перед большими животными, единственным, кто смеялся над странной едой, которую Ятен ел, вместо обожаемых бифштексов Сейи. Всякий раз, когда что-то шло не так, он был с ним агрессивен. По большому счету, Сейя был единственным, кого надо было винить, а не Ятен.
Черт! Я заставил его спать на прикроватном коврике, когда все, что ему было нужно, это чуточку уюта после дурного сна!
Я смотрел на него, как на собаку.
Сейя судорожно сглотнул, крепче прижимая к себе Ятен, потому что ветер, казалось, вырывал маленького мальчика у него из рук.
Нет, я смотрел на него хуже...
"Я не ненавижу тебя. Да, я безумно ревновал, потому что ты приковал к себе внимание всей моей семьи. Я боялся, что ты займешь мое место в качестве младшего брата, второго сына и хорошего друга, но я не ненавижу тебя." - Сейя ощутил, как из его горящих глаз скатились две слезинки. - "Я был ужасным братом. Я наделал много глупостей... и то, что я наорал на тебя в большом зале, было самой большой глупостью. По идее, это ты должен ненавидеть меня."
Я это заслужил.
Я был настоящей сволочью по отношению к нему.
Тень заполнила весь их мир, заслонив белый горизонт и опустошенную землю. Красные, как полыхающий огонь, глаза, нависшие над мальчиками, пугали Сейю, но старший брат не выпускал малыша. Он и так в последнее время наделал много ошибок, и он не совершит еще и эту.
Ятен задрал голову, заглядывая Сейе в лицо. Зеленые глаза сияли, а на губах заиграла застенчивая улыбка.
"Я не ненавижу тебя..." - прошептал он, слегка покраснев. - "Я люблю тебя... вот почему... я хотел стать тебе братом..."
Он любит меня?
Глаза Сейи округлились. Он совершенно перестал замечать грозно нависшую тень, уставившись на маленького мальчика у него на руках. Лицо Ятена выглядело таким невинным, таким честным. Он имел в виду эти слова. Он правда имел их в виду!
Он хочет, чтобы я стал его братом? После всего, что я сделал? После всего, что я наговорил ему? Он все еще хочет этого?
Сейя тихонько всхлипнул и зарылся лицом в серебристые волосы, которые вдруг стали ему нравиться такими, какие они есть. Мог ли кто-нибудь обладать столь большим сердцем, простить ему его ревность, его подлость, да просто его дурацкие выходки! Мог ли кто-нибудь по-прежнему желать его в качестве старшего брата после того, как он так обманул его ожидания? Мог ли...
Но Ятен мог. Похоже, он сделал это.
"Прости меня, Ятен." - Пробормотал Сейя, чувствуя, как их подхватил ветер, как их оторвало от земли, как их понесло к темной тени. - "Я был таким идиотом!"
Он почувствовал, как Ятен повернулся в его объятиях и плотно прижался к нему. Малыш больше не хотел идти к тени. Теперь он хотел быть с Сейей, который вдруг стал так добр к нему, который не хотел отпускать его, который так сжимал его так мягко.
Что бы ни произошло, я буду с тобой.
Не волнуйся, я не причиню тебе снова боль.
Никогда снова!
Сейя знал, что тень рядом и зажмурил глаза, ожидая огромную боль или даже смерть.
~~***~~
"Сейя?"
Кто-то тряс его за плечо, и он машинально прижал к себе покрепче Ятена. Похоже, тень настигла их, конечно это была женщина, потому что это был ясный женский голос. Ладонь потянули его руки, пытаясь высвободить Ятена. Сейя отбивался от них.
Нет!
Ты не заберешь его у меня!
"Сейя? Пусти! Мы должны отнести его в замок!"
Замок? Какой замок? О чем тень говорит?
Что за...
Сейя открыл глаза и уставился на свою маму, которая стояла возле него на коленях. Он больше не находился на белом холме, и тень исчезла. К нему вернулось сознание, и он сидел на холодном снегу, крепко сжимая в руках безжизненного Ятена.
Безжизненного? Нет, Ятен снова начал дышать, щечки слегка порозовели.
На губах играла нежная улыбка. Казалось, он спит.
"Мама?" - удивленно заморгал и наконец отпустил малыша, поскольку отец наклонился к нему и взял Ятена в свои сильные руки. Он встревожено посмотрел на сыновей и облегченно вздохнул, видя, что оба живы. Сейя чихнул. Ладно, может они и простудились и проболеют ближайшие несколько недель, но они пережили опасное приключение в заснеженном лесу - посреди ночи! В одних только пижамах!
"Пожалуй, я не буду ни о чем вас спрашивать." - Серьезно произнес он, потому что его сыновья и принцесса Какуйя выглядели так, словно они не в силах ответить ни на один вопрос об этой ночи. - "Но не сомневайтесь, вы будете сурово наказаны, вы все! Мы так о вас волновались!" - Это было явное преуменьшение. Сейя снова моргнул, точно, не понимая смысл слов, в то время как Тайки понурил голову и согласно кивнул. Какуйя вся дрожала, и ее отец крепко прижимал ее к себе, когда они вышли из мрачного леса. Она едва могла держать открытыми глаза, и Сейя понимал, что она использовала всю свою силу, чтобы спасти их. Их обоих, а не только Ятена.
"Никогда больше не делайте так!" - шептала мама, и, приглядевшись, он увидел слезы в ее глазах. - "Мы думали, что вы все замерзнете здесь до смерти!"
Сейя опять молча посмотрел на свои тапки и сглотнул.
Она и не представляет, насколько ее слова оказались близки к действительности.
Насколько близок он был к тому, чтобы потерять маленького мальчика, который любил, нет, который любил его даже после всех тех гадостей, что он ему сделал. Насколько близок он был к тому, чтобы потерять Ятена из-за своей глупости. И насколько он сожалел о своих словах.
Насколько он близок к тому, чтобы потерять брата.
~~***~~
Лежащий в своей постели Ятен выглядел таким маленьким, таким хрупким. Нет, теперь он совсем не казался женственным. Даже с его длинными, разметавшимися по подушке, волосами. Даже с его маленькой сережкой, поблескивавшей в ухе. Даже с его белой ночной сорочкой. Впервые Сейя осознал, что Ятен совсем не выглядит женоподобным, он просто маленький и хрупкий. Неожиданно Сейя ощутил необходимость защищать этого маленького мальчика - его брата.
Сейя осторожно прокрался в комнату. Они по-прежнему находились во дворце короля, хотя со дня рождения Какуйи прошло три дня. С тех пор как они выбрались из заснеженного леса, Ятен находился в больничном крыле и должен был лежать в постели. Ему не разрешали выходить из комнаты, а Сейе тоже не позволяли навестить его. В основном потому, что родители разговаривали с ним очень серьезно. О том, что произошло той ночью и что же заставило Ятена выбежать ночью на мороз босиком, в одной пижаме. Почему его старшие братья не задержали его, и почему Тайки и Сейя не разбудили своих родителей чуть раньше.
О, это тяжелый разговор, хотя Сейя полагал, что он уже пережил худшее в своей недолгой жизни. Поскольку все прежние ссоры и наказания были иными, чем это, он понял, что получил по заслугам. Тайки выглядел не слишком счастливым, узнав, что теперь он под суровым домашним арестом, за исключением важных встреч, на которых он обязан был присутствовать.
Сейя просто принял к сведению, что он наказ, и не жаловался, как сделал бы раньше. Он лишь спросил, в порядке ли Ятен и пообещал больше никогда не оставлять его без присмотра. Тайки ничего не рассказал родителям об их ссоре в большом зале, за что Сейя был очень благодарен ему. Он хотел сам все уладить с Ятеном. Сейя выучил свой урок, о да, он правда его выучил, ему не нужно было вмешательство родителей. И, как он понял, Ятен тоже не произнес ни слова об их ссоре. Вернее, о гадостях, что ему наговорил Сейя. Он сказал Лорду и Леди Коу, что испугался кошмара, не смог найти в спальне своих братьев и помчался через весь замок, потому что ему казалось, что в лесу он найдет свою маму. Эта история заставила Леди Коу расплакаться, а Лорд крепко обнял малыша и пообещал ему, что он никогда больше не окажется один среди ночи, когда бы он ни испугался.
В следующем году мы не сможем пробраться в большой зал, чтобы взглянуть на наши подарки пораньше, это точно.
Сейя приблизился к кровати. Стояла полночь, и ему не разрешали находиться здесь. Но прошло уже три дня, и он был обязан поговорить с Ятеном или взорваться, как бомба. Ему так много надо было сказать, задать так много вопросов, он просто не мог ждать, когда же Ятену станет лучше и он снова буде есть со всеми. Поэтому Сейя вновь нарушил запрет родителей и проник в палату, где лежал его брат. Ятен крепко спал, в основном из-за получаемых лекарств. Малыш заболел гриппом, и ему нужно было остаться на несколько дней в постели. Но ничего серьезного, ничего опасного. Ятен должен был лежать в кровати, а потом, дома, в замке Коу, держаться поближе к камину, что хорошо себя чувствовать, чтобы поправиться.
Сейя и Какуйя тоже подхватили легкую простуду, и темноволосый мальчик мерз, даже в теплой комнате. Как и сейчас. Он стоял возле кровати, слегка дрожа, обхватив себя руками за талию.
Разбудить его? Он так спокойно спит.
Сейя наклонился, чтобы погладить серебристые волосы на бедном лице и напрягся, вдруг посмотрев в светло-зеленые глаза. Ятен улыбнулся и протянул Сейе руку. На это раз Ятен был теплее.
"Я думал... когда же ты придешь..." - Его тоненький голосок охрип, и он закашлялся. Лекарства действовали, но очень медленно.
"Я под домашним арестом." - ответил Сейя и смущенно улыбнулся, потому что все знали, что всегда ухитрялся вывернуть наказание так, что оно больше походило на награду.
"На весь ближайший год?"
"До конца жизни."
"Как и я." - Хихикнул Ятен и снова закашлялся, только сильнее. Он приподнялся, и Сейя подложил ему под спину подушку, чтобы ему было удобнее сидеть. Старший мальчик тяжело вздохнул, плечи у него повисли.
"Ты вообще не должен быть наказан, Ятен, потому что все это - моя вина. Я не должен был говорить тебе все эти глупости, которые лишь напугали тебя."
"Я один... убежал... в ночь..." - Ятен опять раскашлялся и потянулся к стакану с водой, стоящему на тумбочке. Сейя взял его и осторожно передал ему. Он молча смотрел, как Ятен пьет и вдруг все тщательно продуманные слова испарились. Там он наговорил Ятену таких ужасных вещей... а теперь он вообще не мог вспомнить ни единого слова. В голове билась только одна мысль: он хотел попросить прощения. Как и обещал, когда они обнаружили посреди чащобы безжизненно лежащего мальчика.
"Я... Я..."
Почему ему вдруг стало так трудно произнести эти слова? Попросить прощения? Почему?
Может быть, потому что ты боишься, что на этот раз он отвергнет тебя?
Может быть...
"Я говорил маме. Санки для нас обоих." - Ятен радостно просиял. - "Так что ты..." - Он снова откашлялся и крепко стиснул стакан в маленьких ладошках. - "Ты можешь пользоваться ими... и не... не злиться на меня больше..."
"Да, я был зол." - Сейя раскаивался в своем дурацком поведении, во всех своих глупых словах, что он наговорил. - "Но я правда не сержусь на тебя, Ятен. Я злился на своих родителей, потому что думал, что они теперь они больше не будут меня любить, только тебя. Я решил, что они подарили тебе мои обожаемые санки и... я... похоже, я был просто придурком..."
Ятен хотел что-то сказать, но Сейя сделал ему знак, чтобы тот молчал.
"Я так ревновал к тебе и наговорил так много глупостей, но это все неправда, Ятен. Ты - не большое разочарование. Нет, это я был ужасным братом..." - Сейя сжал кулаки, чувствуя свою вину. - "Я никогда не хотел причинять тебе боль и... Я никогда не хотел ударить тебя. Было несправедливо злиться на тебя, когда я был зол на своих родителей и на самого себя. Я оказался настоящей сволочью и это будет нормально, если ты никогда не простишь меня..." - Сейя упорно смотрел на одеяло и наконец заставил себя поднять глаза. - "Пожалуйста, прости меня, Ятен. За все, что я тебе сделал..."
Голос Сейи оборвался, поскольку он увидел, что слезы, бегущие по раскрасневшимся щечкам.
Великолепно, он опять плачет!
Я такой придурок, я снова заставил его плакать!
Неужели я ничего не могу сделать правильно?
"Пожалуйста... тише... я сказал что-то не так?" - ошеломленно забормотал Сейя, роясь в карманах в поисках носового платка. Наконец, он нашел один и протянул его Ятену, который уставился сначала на ткань, а затем на Сейю. В следующий миг Ятен едва не выпрыгнул из постели, и неожиданно в объятиях Сейи оказался плачущий, нежно прижавшийся Ятен.
"Я просто хочу... быть... быть хорошим... хорошим братом..." - всхлипывал Ятен, пряча лицо на плече у Сейи. - "Я никогда не хочу... снова... оказаться один..." - Сейя едва расслышал последнюю фразу, потому что голос Ятена совсем стих и перебивался слезами.
Он боялся оказаться один, в то время как я боялся потерять санки.
Каким же я был глупым. Идиот!
"Ты никогда не будешь один." - Мягко ответил он и сел на краешек кровати, усаживая Ятена к себе на колени и терпеливо баюкая, утешая. - "И я обещаю тебе, что с этого момента стану лучше. Я взбалмошный и зачастую очень нетерпеливый, так что мы много будем ссориться. Спроси у Тайки, он понимает, что я имею в виду. Порой я бываю настоящей занозой в заднице. Но я обещаю тебе, Ятен, я никогда больше не скажу, что не хочу, чтобы ты был моим братом. О`кей?"
Ятен не отвечал, он лишь плотнее прижался.
"Я обещаю тебе, что постараюсь стать хорошим братом. О`кей?" - Сейя почувствовал комок и прочистил горло. На этот раз Ятен кивнул и плач постепенно стих. Маленький мальчик икнул, и Сейя снова дал ему платок, чтобы тот вытер нос.
"Значит, ты не ненавидишь меня?"
Похоже, этот вопрос был очень важным для Ятена. Любой бы уже сообразил, что Сейя любит его, после всех обещаний, что дал старший брат. Но Ятен пережил так много боли, что должен был убедиться. Он должен был убедиться в чувствах Сейи, прежде чем открыть свою душу, даже под страхом новой боли. Так же, как отец и дядя причиняли ему боль, хотя они были его семьей. Его так называемой семьей.
"Ну конечно же нет, Ятен." - Сейя вытер прозрачные слезы и неуверенно улыбнулся. - "Я никогда не ненавидел тебя. Я ревновал, но я никогда не ненавидел тебя." - На мгновение Ятен замер, обдумывая слова Сейи. А потом улыбнулся самой прекрасной улыбкой, какую только видел Сейя, и кивнул.
"Я верю тебе."
"ТЫ ненавидишь меня?" - Сейя отвернулся к столу, и теперь Ятен смотрел ошеломленно. Как будто такая мысль вообще никогда не приходила ему в голову. Для него эти слова звучали так глупо в устах Сейи, у которого была такая потрясающая семья.
"Нет!" - Ятен яростно замотал головой. - "Нет!"
Старший мальчик удивленно улыбнулся и ласково удержал Ятена под одеялом.
"Тогда мы больше не будем говорить на эту тему. Давай завтра начнем все с начала, о`кей? Как братья." - Прошептал он, и улыбка стала шире, когда он увидел маленькую ручку, торчащую из-под подушки. Он подался вперед и в следующий момент держал куклу в руках.
Он играет с куклами.
Ну и что?
Да, ну и что. Я же называл лошадь домашним любимцем, и если бы мне не было десять лет, я бы повсюду таскал за собой свои новые санки, даже в постель.
"Спи спокойно, малыш." - Сейя вернул Ятену его куклу и укрыл его.
Маленький мальчик со вкусом зевнул. Он крепко сжал в руках куклу и сонно заморгал, глядя на старшего брата. Но лекарства брали свое, и он хотел спать и днем и ночью. Но они не могли сдержать кошмары.
Вчера вечером он дважды просыпался, и никого не было рядом, а медсестру и других слуг во дворце короля, которых он не знал он не посмел тревожить.
"...не мог бы ты остаться...?" - спросил он и снова зевнул, отчаянно борясь с усталостью во всем теле.
Сейя колебался лишь мгновение. Родители убьют его, если он нарушит запрет. Они же с ума сойдут, если другой их сын снова без следа исчезнет посреди ночи. Возможно, это будет стоить ему еще год домашнего ареста.
Но это было не важно. Ятен выглядел таким хрупким, и неожиданно Сейя почувствовал, что не может сопротивляться мольбе светло-зеленых глаз.
Наверное, это то, что испытывал Тайки всякий раз, когда заботился о нем.
Но разве это не его обязанность, как старшего брата? Заботиться о младшем члене семьи? Не, он вдруг перестал злиться или ревновать, потому что больше не был младшим в семье. Нет, теперь он был старшим братом, и это была ответственная работа, и он приложит все усилия, чтобы выполнить ее.
"Я останусь здесь, на коврике у кровати?" - пошутил Сейя, зябко поежившись. В комнате было тепло, но ему по-прежнему было слегка нехорошо.
"Дурак." - Чихнул Ятен, приподнимая одеяло.
"Я это заслужил." - Пробормотал Сейя и довольно потянулся, чувствуя теплое тельце рядом со своим, замерзшим. Ятен лишь удивленно прошептал >дурачок<, прижимаясь к старшему брату, с которым он чувствовал себя таким же защищенным, как и рядом с Тайки. Он заснул с счастливой улыбкой на губах.
Впервые после смерти матери его не мучили кошмары.
