---

Вера в ангела

"Разве ты не хочешь услышать, что с твоим братом всё в порядке? Разве ты хочешь узнать, что он счастлив там и что он хочет передать тебе *привет*? Разве ты не хочешь прекратить жить всю жизнь в ненависти и в жалости к себе? Я понимаю твой побег от родителей, это не то, что я называю хорошей семьей. Мои родители были лучше твоих. Но ты бежишь от своих друзей, Хару! Ты им нравишься, и ты отталкиваешь их. В Рождество. Хватит скорбеть и возвращайся к жизни! Он больше не хочет видеть тебя такой!" - Мичиру развела руки и уже была настроена решительно.
И начни спрашивать сердце о своих чувствах.
Начни спрашивать пока не поздно. Для меня...
"Что?"
"Начинай жить, Хару! Машины не заменят любовь!"
Мичиру помнила все сцены, увиденные ею в зеркале. Беспомощно наблюдая. Крича на изображение. Плача над ним. Желая помочь, но будучи неспособной на это.
Поступление Харуки в школу. Когда у её родителей не было времени, и она была единственным ребенком без родителей или сопровождения. Десятый денб рождения Харуки, когда её собачка была задавлена машиной. Её ссора с родителями, когда она узнала почему её брат совершил самоубийство - что их нетерпимость и невежесто стали основными причинами трагедии. Превая трансформация Харуки в Сэйлор Урануса, когда её было тринадцать, и знание, что ей надо спасать землю, хотя она и не хотела. Следующая ссора с родителями, когда она пожелала поехать в Токио в школу-интернат. Четырнадцатый день рождения Харуки, когда она захотела пойти в Диснейлэнд с друзьями, и Сестуна по невнимательности сломала ей руку. Хотя это был несчастный случай, Харука всё еще верила, что это её вина. И наконец последняя её ссора с родителями, когда она сказала им, что она лесбиянка. Когда она сказала им, что она ненавидит их и что она никогда не простит им смерти её брата. Когда она сказала им, что больше никогда не вернется.
Столько одиноких дней и ночей...
"Стань счастливой опять".
Кеичи много рассказывал о Харуке, когда она была маленькой, и какой она была жизнерадостной тогда. Пока её родители не начали ругаться почти каждый день.
"Пожалуйста, Хару".
Харука покачала головой и отсупила немного назад. Будто она ждала, что Мичиру накинется нее и сделает ей больно. Ножом, мечом или другим оружием.
"Я не верю тебе!" - она зло прокричала. "Я не верю в ангелов, ты слышишь меня?" - она подняла руки в защищающем жесте. "Только уйди, ладно?"
Что ты говоришь ей? Ты искала её так долго, ты по правде хочешь отпустить её, ты глупая?
Но она так много знает обо мне и моем брате. Это ненормально!
Не будет ли хорошо поговорить с кем-то на эту тему?
Хорошо? Конечно нет!
Но облегчающе...
Это ненормально!
"Или! Оставь меня в покое! Вы все оставьте меня в покое! Это не чертова рождественская сказка, и ты не убедишь меня в обратном. Я не Эбенецер Скрудж. И ты точно не один их трех призраков. И совершенно определенно ты - не ангел".
"Но..."
Мичиру попыталась подойти к дрожащей девушке. Обнять её и сказать, что всё в порядке. Что она должна быть всю жизнь одна. Что она, Мичиру, будет рада заботиться о ней. Просто быть там для неё, если она захочет этого. В этот самый момент кто-то постучал в дверь. Харука и Мичиру повернулись. Опять постучали. Харука быстро дала другой девушке взгляд, который предостерегал, что лучше ничего сумасшедшего не говорить. Потом она подошла к двери и открыла ей. И без предупреждения была обнята неуюклюжей девочкой. Очень неловкой девушкой, кто одним днем станет их королевой. И у кого было большое сердце. Слишком большое. Ей бы следовало об этом знать.
"У...Усаги...", - глаза Харуки раширились, когда увидела остальных сенши, стоящих в корридоре. Они все держали пакеты и корзинки в их руках и улыбались.
"Что?"
"Ты что правда думала, мы оставим тебя одну в Рождество? Без нас, играющих на твои нервах?" - засмеялась войн времени и пожала плечами. "Усаги хотела отметить с тобой. И остальные тоже", - Сетсуна указала на Усаги, которая всё висела на Харуке и даже не собиралась отпускать.
Ами улыбнулась, сипатизируя. Она была в такой же ситуации всего две недели назад, когда она готовилась к тесту, который она просто не могла провалить, потому что она была слишком эрудированна, а Усаги хотела пойти на рождественскую распродажу вместо этого. Она упрашивала Ами, пока они действительно не пошли за покупками туда. Так Харука знала, что у нее не было шансов.
В самом деле против просящей Усаги ни у кого не было шансов. Мичиру наблюдала за ними пару минут и повесила плечи.
Что ты ожидала, дурочка?
Она молча ругала себя. У неё есть друзья, ей не нужна такая ненормальная как ты. Почему она должна любить тебя? Ты только сделала ей больно всеми воспоминаниями о её брате! И она не похожа на девушку, которая влюбляется всего за три Рождества.
Мичиру всхлипнула и вытерла несколько слезинок.
Смирись с этим, ты станешь ангелом и у тебя никогда не будет возможности жить на Земле. Пожилой мужчина сказал, что это нелегкое задание и что его силы ограничены.
Девушка посмотрела на музыкальную шкатулку и нежно дотронулась до нее. Опять она взглянула на Харуку, окруженную смеющимися девочками, и неожиданно почувствовала себя лишней. Совершенно неправильно.
Мне лучше идти. Я не нужна ей. Абсолютно точно не я.
Мичиру медленно наклонилась, потом повернулась и исчезла.
Почему она ушла?
Где она сейчас?
Харука негромко ругалась. Сейчас уже были сумерки, и остальные разошлись полчаса назад. Очень усталые, но очень веселые. С кучей подарков. Она злились, что у нее для них ничего не было, они были счастливы, что она была там, пытаясь праздновать с ними.
Черт возьми!
У меня даже нет её полного имени.
Мичиру...
Харука взяла музыкальную шкатулку и держала её в руках довольно долго. Изучая танцующих медведей, опять слыша слова девушки. Что она должна снова начать жить. Что она должна перестать ныть. Что она не должны быть ни злой ни грустной, потому что у нее было много вопоминаний, которые она, конечно, не хотела бы забыть. Вне зависимости самого страшного воспоминания.
Она звала меня Хару.
Харука сглотнула. В последнее время её родители называли её сукой или лесбиянкой и друзья только говорили Харука, Сетсуна иногда Харука-чан, когда вела себя слишком по-дестки. Но настоящее уменьшительное имя и такое приятное для слуха...у нее не было такого со смерти её брата.
Черт!
Я такая дура!
Я просто позволила ей идти! Снова она сбежала, и я не заметила.
Неожиданно она сожалела о всех словах, что она сказала Мичиру. Ладно, она не собиралась верить в ангелов и разумеется Мичиру не была подмастерьем одного из них. Но она была здесь. Она хотела подбодрить её и утешить. Она знала о смерти её брата. Теперь у нее мог бы появиться человек, которому она могла бы доверить весь этот ужас. И что она сделала? Она оттолкнула её. Грубо.
"Я такая идиотка!" - вздохнула Харука и ласкала медведей. Сейчас она сожалела, что бросила её на землю в её бесконечной злобе и боли. Несомненно, Мичиру долго искала такую музыкальную шкатулку. Эта была очень старой, может, такой же старой, как и её собственная была. И теперь она сломана. Это была её ошибка, что она уничтожила её. Опять.
Харука глубоко вздохнула.
Встречу ли я её снова?
Она надеялась на это, потому что хотела просить прошения за свое отвратительное поведение и взрывной характер.
Когда я встречу её снова?
Высокая блондинка вздохнула вновь, поглаживая медведей и пусковую кнопку. Не думая, она нажала на неё, хотя была уверена, что она внутри раздроблена. Тем больше было её удивление, когда плавная мелодия зачвучала в воздухе, наполняя комнату воспоминаниями. Воспоминаниями и никогда не сказанными словами.

Маленькие колокольчики звенели, когда он шёл по белой поверхности. Снег похрустывал под его тяжелыми ботинками, а дыхание превращалось в пар перед длинной седой бородой. Веселая улыбка освещала его лицо, щеки были покрыты румянцем. Сегодня был особый день. День, который он любил больше всего. Уже много тысяч лет. Сегодня был его день.
Он негромко напевал какую-то песню, поглядывая на карманные часы. Еще немного и всё начнется. Как каждый год. И как в каждом году он не мог дождаться того момента, когда запряжёт своих оленей и сделает детей счастливыми. По всему миру.
Всех детей?
Старый мужчина повернулся в сторону белого дома и грустно посмотрел через большое окно. Как и каждый год один ребенок не был счастлив. Хорошо, ребенок, девочка, которую он однажды встретил уже не была ребенком. За прошедшие двадцать лет она выросла и превратилась в прекрасную молодую женщину. Но до сих пор она не сдалась. До сих пор она не хотела принять свою судьбу и стать ангелом. Он был уверен, что из нее получился бы отличный ангел. У нее было доброе сердце и она заботилась о других людях. Она могла бы быть счастлива здесь. Да, могла бы. Но не была. Она умерла, когда ей было пять, она скучала по родителям и жизни на Земле. Её родители были очень старыми теперь, они не узнают её. Но, тем не менее, она хотела вернуться. Не прошлом году, не в году до того, но он знал, у нее есть еще одна попытка. Последняя. Найти кого-то, кто полюбит её и кто захочет её дальнейшего пребывания на земле.
Мужчина глубоко вздохнул.
Ему было жаль её и он дал ей три возможности вернуться. Она выглядела такой отчаянной. Печальная, маленькая девочка. Он должен был понимать, что она никого не найдет за такое короткое время. Она уже использовала две попытки впустую, и он сомневался, что ей удастся это сделать с третьей. Хотя он был бы рад увидеть её счастливой.
Как бы я хотел обладать большими силами.
Он стряхнул снег со своего красного пальто и положил на землю огромный мешок, когда вошел в дом. Как всегда она сидела перед зекралом, занимающим почти всю стену. Как всегда она наблюдала за особым человеком. Или правильнее, за двумя. Он взглянул на блондинку с коляской. В ней сидела маленькая девочка, которая всё время хватала то шоколадку, то еще чего, а молодая женщина терпеливо всё клала обратно. Она улыбалась, и маленькая девочка отвечала ей тем же. На её лице читалась любовь.
"Ты опять хочешь рискнуть, не так ли?" - он спросил с понимающей улыбкой, когда она вздрогнула и повернулась. Слезы блистели в её глазах, и в своих руках она крепко держала носовой платок. Она всё еще носила ту странную красную куртку. Хотя многие люди говорили, что она безобразна, она не сняла её. Для неё это было что-то особенное. Заменитель чего-то. Или вернее, кого-то.
"Это моя третья попытка", - она кивнула, опять томно взглянув на двух людей покупающих еду и другие вещи для Рождества. "Если я ей не нужна, тогда это судьба. Тогда я займу своё место здесь и стану ангелом. Как и должно было быть".
"Но ты хочешь остаться с ними", - это был не вопрос, ответ был слишком очевиден.
"Да...", - молодая женщина провела рукой по своим волосам цвета морской волна. "Чем дольше я смотрела за ней и её дочерью, тем больше я осознавала как сильно я хочу быть частью её жизни тоже. Тем больше осознавала, как сильно я её люблю".
"Полюбит ли она тебя в ответ?"
"Не имею представления", - слезы бежали по бледным щекам. "Я действительно не имею представления. Но я должна буду пойти".
Пожилой мужчина почесал свою белую бороду.
"Её друзья не посетят её на Рождество. Её лучшая подруга учится где-то очень далеко, и смешная девочка, которая неловкая самая, рожает своего ребенка, и все остальные девочки в больнице сейчас".
"Это будет девочка".
"Откуда ты это знаешь?"
"Она знает это. Я не знаю как, я не очень хорошо разбираюсь в человеческих вещах, но она сказала пол несколько недель назад, и все девочки были счастливы".
А я нет.
Я тоже хочу быть в больнице. Я тоже хочу принадлежать к той сумасшедшей компании и радоваться рождению девочки. Также как я хочу праздновать Рождество с ней. С Харукой. С её дочерью. Это Рождество и все последующие.
"Её родители?" - когда он увидел мрачный взгляд молодой женщины, он знал, что ничего не поменялось за прошедшие десять лет. В течение всего времени, что прошло с её последного похода Землю, когда он увидел её плачущей после возвращения. Даже раньше отпущенного времени на Земле.
"Они не приедут. Она с ними почти не разговаривает уже на протяжении многих лет. Она не одобрили её карьеру гонщицы. Они не одобрили её учебу сейчас. И они не приняли её дочь. Они всегда говорят, что приемный ребенок не ребенок в принципе", - Мичиру покачала головой и сложила рукой на груди. Это был оборонительный жест. "Я не понимаю таких родителей. Я была бы так счастлива быть с ней, но у меня нет возможности. У них есть возможность, но они не пользуются ей".
"Иногда люди таковы", - мужчина пожал плечами и утешительно погладил её правую руку.
"Но не все", - он наклонился вперед и дотронулся до стекла. Изображение смеющейся девочки, держащей шоколадку в своих крошечных ручках исчезло. Вместо этого они увидели молодого человека. Он помогла молодой женщике, которая очевидно была на последнем месяце беременности. Светлые волосы касались земли, и платье для беременных, которое она носила, еле скрывало огромный живот. Он успокаивающе говорил с ней и утирал слезы. Казалось, она испытывала боль. Родовые схватки. Но Мичиру знала, что та переживет их. И она забудет про эту боль, как только впервые подержит свою маленькую дочку на руках.
"Они искренне любят друг друга. Не все люди злые, малышка. Не забывай об этом".
Мичиру опять посмотрела в два изнеможенных, но таких радостных лица и медленно кивнула.
"Я знаю".
Может быть, я тоже буду счастлива. К концу этого дня. Или мне придется столкнуться со своим будущим в этом месте. Буду отделенной ею. Той, которую люблю...
"Итак, её родители не приедут, и её друзья не будут отмечать Рождество вместе с ней. Ты хочешь пойти, потому она опять будет одна? Также как и десять лет назад?"
"Нет...", - Мичиру застегнула куртку и решительно покачала головой. "Она не будет одна. Её дочь с ней".
"Тогда почему ты хочешь пойти? Это твой последний шанс, не забывай".
"Я знаю".
"Ты хочешь быть её хорошей подругой?"
"Нет", - Мичиру опять покала головой и развернулась. Медленно она подошла к двери. "Я хочу быть частью её семьи. Если нужна ей".

Часть третья: Доверие
"Нет, я сказала, что ты получишь достаточно на каникулах", - Харука пыталась достать шоколадку её дочка держала в руках. Но маленькая девочка, похоже, не собиралась отдавать её. Крепко она держала её в своих руках и сердито смотрела на свою маму.
"Мама!" - она кричала и дрыгала ногами во все стороны. Её сейчас было два года, но уже она могла быть такой же упрямой как и её мама. Иногда даже еще упрямее. Как в этот раз.
"Мама!" - крикнула она опять и слезы блестели в фиолетовых глазах. Её волосы длинной по плечо беспорядочно летали, когда та качала головой, пытаясь спратать шоколадку за своей спиной. "Мама!"
"Но Ру-чан...", - Харука попыталась её убедить, но когда первые слезы побежали по румяным щекам, она поняла, что потерпит неудачу. Девочка забралась в угол коляски переворачивая бутылки молока и салат. Харука успела спасти их от полного разрушения.
"МАМА!!!" - плакала девочка, и некоторые покупатели обрернулись, чтобы посмотреть на происходящее. Харука глубоко вздохнула и повесила плечи.
"Ты - ты худший шантажист, которого я только видела", - прорычала высокая блондинка и сдалась. Она опять взялась за ручки коляски и пошла дальше по магазину. С веселой улыбающейся девочкой в ней. Медленно жующей свою шоколадку.
"Но не говорили Сетс, что ты что-то ела перед обедом, когда она позвонит сегодня вечером, ладно?" - Харука критично посмотрела на бутылку вина, но всё-таки положила её в корзину. Она ненавидела Рождество, и она не будет его праздновать. Но Мамору звонил её два часа назад и сообщил, что они поехали в центральную больницу. У Усаги начались родовые схватки, сегодня ночью родится маленькая принцесса. Это повод для праздника, но как можно хорошо отметить? С бокалом красного вина. Даже если ей придется пить его одной.
"Нет. Никогда", - смеялась Хотару и ухмыльнулась своей мамочке с испачканным ртом. "Дай мне еще одну", - теперь она опять попыталась достать до полок вокруг них. Но Харука вовремя успела избежать этого.
"Нет, Хотару! Одной достаточно", - объяснила Харука и вздохнула, увидев слезы в темных глазах.
Сетс права. Я слишком её балую.
Очередная шоколадка нашла своего нового хозяина.
Но я не могу устоять. Я не могу видеть, как она плачет...
Хотару не была родной дочерью Харуки. Она была приемной. Это то, что она однажды ей скажет. Позже. Когда маленькая девочка будет способна понять это. Понять, что произошло в прошлом, и почему её родители мертвы. И почему чужой человек пошел в суд и долго боролся, пока она не смогла забрать её домой и называть дочкой. Родители Харуки была шокированы этой новостью. Высокая блондинка до сих пор участвовала в гонках Формулы-1 и училась в престижном университете Токио. Они думали, что в жизни их дочери нет места для ребенка. Но Харука доказала им обратное - как всегда. Ладно, были и тяжелые времена. Например, когда у Хотару резались первые зубы, и она плакала целыми ночами, а Харуке надо было писать важные тесты на следующий день. Или когда Хотару заболела, и у нее был жар. Харука провела много ноче, сидя около кроватки, стараясь быть там для нее. Вылечить её. Харука улыбнулась вновь, когда маленькая девочка дожевывала вторую шоколадку, и покачала головой, как только мокрая испачканная ручка потянулась снова за чем-то съестным. Были тяжелые времена, и она знала, что её впереди ожидает еще много таких моментов. Но она справится. Она будет хорошей мамой для её Ру-чан, и маленькая девочка никогда не будет грустить. В отличие от её личного детства она никогда не будет отвергнута или не любима своими родителями. Большой помощью были и друзья Харуки. Часто девочки нянчились с малышкой, а мама Усаги имела при себе кучу подсказок.
Я рада, что у меня такие друзья.
У неё в жизни было так много: карьера гонщицы, столько замечательных друзей и любящая дочка. Но всё еще она не могла избавиться ощущения, что чего-то важного не хватает. Кого-то важного...
"Санта!" - Хотару хлопала в ладошки и указала на центр магазина. "Санта!"
Харука очнулась от своих мыслей и подняла голову. Её глаза потемнели при виде парня в красном пальто и белой бородой. Конечно, ненастоящей. Первые год Хотару была слишком мала, чтобы узнать, что Рождество значило. Но в этом году она поняла его смысл. Или хотя бы тот смысл, котором говорят по телевизору. О подарках, деревьях и украшениях. Харука не имела ничего против подарков, она купила милого игрушечного котенка для девочки. Но она не хотела никакой елки или вообще напоминаний о приближающемся Рождестве.
В отличие от маленькой Хотару.
"Санта!" - она крикнула и весело рассмеялась.
У нее не было дедушки. Только отец Усаги, но она видела его слишком редко. Он работает очень много.
Харука остановилась и наблюдала, как фальшивый Санта Клаус подошел к ним. Фиолетовые глаза Хотару сверкали, и она встала на ноги в коляске. Было ясно, что она его не боялась. Ну, она же была дочкой Харуки, она не могла бояться чего-либо. Потому что Харука защитит её от всех зол.
"О, да у нас тут славная маленькая девочка", - сказал парень, пытаясь говорим низким басом. Он улыбнулся Харуке, но блондинка не отреагировала. Поэтому она повернулся к девочке, которая смотрела на него с восхищением.
"Да", - её голос совсем не дрожал. Только немного любопытно и требующе.
"Ты хорошо себя вела в этом году?"
"Да!"
Ответ Хотару был таким уверенным и быстрым, что Харуке не захотелось вспоминать все случаи, когда она не шла добровольно в кровать или когда не ела свой обед.
"Ты думаешь, что получишь что-нибудь от Санты Клауса?" "Да!"
Парень сомневался, но потом открыл свой мешок.
"Тогда ты должна рассказать стихотворение или спеть песенку".
"Сти..." - Хотару не могла выговорить слово и смотрела на него большими фиолетовыми глазам, немного качаясь внутри коляски. Харука опять была занята спасением их еды. "Стих....стих...".
Поддельный Санта кашлянул и умоляюще взглянул на Харуку, но та всё равно не реагировала. Он хотел заразить её дочь этим неправильным праздником? Ладно, но он должен будет столкнуться с последствиями один.
"Может, ты хочешь спеть песню?"
"Спеть......песню?" - Хотару нахмурилась и глубоко задумалась. Это было такое же выражение лица, какое можно было встретить и у Харуки, когда та думала над чем-то. Во всяком случае так считала Сетсуна.
"Да, или ты слишком мала, чтобы спеть что-нибудь для хорошего Санты?" - тяжело дышал парень и начал потеть. Он только желал заработать немного денег, а не решать такие трудные задачи, как объяснение девочке, что такое стихотворение или песня.
"Спеть-песню!" - весело засмеялась Хотару и счастливо захлопала в ладошки.
Харука только сделала мученическое лицо, но знала, что шанса для побега нет.
"Мавеф ли тыыыыы петь со фсей....", - Хотару начала уверенно петь, но абсолютно неверно. Она подумала над следующим словом, но поскольку оно было слишком трудное для произношения, то она его пропустила.
"......гола. Мавеф ли тыыы рисовать со фсей....", - Хотару пела также громко, как и неправильно, и фальшивый Санта вздрогнул. Харука не могла сдержать хихиканье, но её дочь подумала, что она была очень хороша и продолжила петь еще громче.
"Тсссвета ветл..."
Харука понимала, что она была единнственной в шоппинг центре, кто узнал песню. Настоящее название было "Цвета ветра", и она была из её любимого мультика. Макото подарила его на её второй день рождения, с тех пор она смотрела его почти каждый день. Наконец песня или хотя бы текст закончился, и Хотару остановилась. Гордо она ухмыльнулась и протянула ручки к поддельному Санта Клаусу.
"И мой подалок?" - она потребовала, и Харука захихикала еще сильнее, когда парень опять вздоргнул и, торопясь, искал что-то в мешке. В конце концов, он вытащил конфету и положил её в руку Хотару, чтобы побыстрее бежать подальше от неё. Чтобы подойти к другому ребенку и надеяться, что там ему повезет больше.
"Конфета?" - спросила Хотару, сведя брови. Затем она кинула это конфету в него. "Я хочу шоколадку!" - решительно и очень громко заявила она.
Может, она не была талантлива в пении, но она отлично умела уставиться на людей и быть упрямой. Она и вправду была реинкарнацией Сэйлор Сатурна. Война смерти. Харука увидела, как фальшивый Санта замер и сглотнул. В этот момент она разразилась смехом.
Харука сомневалась, но всё таки начала украшать маленькое деревце, которое она купила на выходе их магазина. Оно не было очень высоким, но, без сомнения, оно понравится Хотару. Она любила всё, что блистело и спрашивала её, почему у них нету такого дерева. Поэтому она купила одно и одолжила украшения у соседей.
Рождество - чушь!
Она глубоко вздохнула и повесила первый шар на елочку. Но для Ру-чан я попробую игнорировать мои чувства к этому нелепому фестивалю. Если это её обрадует. А если она счастлива, то счастлива и я.
Харука украшала дерево с любовью, но не очень умело. Тем не менее она была удовлетворена своеё работой. Хотару лежала в кроватке в спальне и мирно спала. Она не будет будить её раньше пяти или шести вечера. Правильное время для ужина и разворачивания подарков.
Подарков...
Харука поднялась и открыла шкаф. Она почти полностью исчезла в нем. Но иначе её дочь нашла бы их ранее и испортила бы сюрприз. Осторожно она положила маленькие коробки и игрушечного котенка под елку и замерла. Рядом с игрушками стояла музыкальная шкатулка. Немного дрожа она включила её, взяв в руки. На несколько секунд она поверила, что вновь видит девушку с аквамариновыми волосами. Вновь она сожалела о её грубых словах в тот вечер.
Теперь уже десять лет.
Харука положила шкатулку на стеклянный столик и подошла в балконной двери. Шел снег. Впервые за последние двадцать лет в Японии будет снежно. Во всей Японии. Харука оперлась на холодное окно и посмотрела в ночь на улице. Снежные хлопья падали на землю. Они выглядели такими невесомыми. Но в то же время сильными.
Полными жизни.
Мичиру...
Где ты? Она искала её повсюду. У нее было больше возможностей для поиска, чем возрасте пяти лет. Но она не нашла её. Никто не знал её. Никто из школы, никто из её друзей, никто из магазинов, где продают музыкальные шкатулки. Казалось, она исчезла. Как призрак.
Или ангел...
Харука покачала голову и открыла дверь. Воздух был холодным. Буквально ледяным. Тем не менее она развела руки и позволила снегу падать на неё. Снежинки таяли на её коже, и она наслаждалась этим ощущением. Ветер играл с её руками, позволяя ей чувствовать свободу. Ей, его войну.
Нет таких чудес как ангелы. Они только продукт сказок, которые мы рассказываем нашим детям. Или церкви. Ничего больше.
Харука подняла голову и могла видеть одинокую звезду, сияющую сквозь густые облака. Белые облака.
Тяжелые снежные облака.
Ангелы не существуют!
Опять она вспомнила слова Мичиру, и на её лице появилось грустное выражение. Это было сумасшествием, она встретила девочку всего два раза в жизни. Но скучала по ней. Она скучала по ней так сильно, что сердце ныло. Каждый раз, встречая кого-то, кто носил ужасную красную куртку или у кого были аквамариновые волосы, она бежала за ними и всё время разочаровывалась, когда кто-то другой поворачивался к ней с вопросом на лице. Она даже наняла частного детектива для её поисков - безрезультатно. Она исчезла и не возвратилась.
Она была со мной в самые темные часы.
Когда умер мой брат.
Когда я была одна и полна ненависти.
Но Харука не сказала ей "спасибо" за её присутствие. За её помощь и утешение. Вместо этого она накричала на неё и оттолкнула от себя. Итак, она убежала и не вернулась.
Звезда, видимо, потеряла опору в бесрайнем небе упала. Харука наблюдала за ней, пока та двигалась через небеса и не скрылась за облаками.
Падающая звезда.
Харука обняла руками свое замерзающее тело и долго, не моргая, смотрела на темные облака. Там больше не было следов звездочки. Также как и нигде не было следов девочки, которая так много для нее значила.
Я разрешено загадать желание. Желание, которое может осуществиться. Высокая блондинка закрыла глаза и набрала воздуха.
Я хочу её возвращения.
Я хочу поговорить с ней.
Я хочу поблагодарить её.
Я хочу доверять ей.
И если я нужна ей, я хочу, чтобы она осталась....
Никто не ответил на её тихую просьбу. Поэтому она повернулась и опять зашла в апартаменты. Чтобы приготовить дочери поесть и разбудить маленького дьяволенка.
"Мамочка?" - Хотару сидела на ковре, жадно посматривая на подарки под рождественским деревом. Она пожаловалась на его маленький размер, но тут же заверила Харуку, что это самое замечательное дерево, которое она только видела, когда заметила расстроенное лицо своей мамы. Хотару знала, как заставить сердце мамы растаять, но Харука прекрасно знала, как сделать подобное с её дочерью.
"Мамочка?"
Её мама вышла из комнаты пару минут назад и сказала ей не двигаться. Что это будет сюрприз. Обычно Хотару нравились сюрпризы , но на данный момент она чувствовала себя не очень уютно. Было тихо в апартаментах. Слишком тихо. Всегда либо играл мцзыкальный центр, либо её мамочка играла на черном фортепиано. Или был включен телевизор. Сейчас она сидела в тихой и даже немного темной комнате. Свечи елки горели как огонь в камине.
"Мамочка?"
Её нормально решительный голос звучал странно: дрожал и был неуверенным.
"Мамочка?"
Теперь она начала плакать. Печально и испуганно. В этот момент она почувствовала теплые руки, гладящие сквозь её темные волосы.
"Хей, малышка, почему ты плачешь?" - голос был бесконечно мягок и так нежен, она не испытывала никакого страха. Медленно она повернулась и увидела моложую женщину, сидящую сзади неё. Она носила белое платье и красную куртку. Аквамариновые волосы ниспадали на плечи, и любящая улыбка лежала на лице.
"Моя мамочка не здесь", - шпыгнула носом Хотару и позволила незнакомке утереть её слезы. Те руки были такими мягкими, она незамедлительно почувствовала себя в безопасности в том нежном объятии.
"Я уверена она будет здесь в следующую секунду", - сказала молодая женщина и осторожно покачивала всё еще всхлипывающую девочку.
"Она любит тебя, разве ты не знаешь этого, малышка? Она не бросит тебя", - улыбка стала еще нежнее на бледном лице.
"Конечно, она только достает твои подарки".
"Правда?" - в фиолетовых глаза появилась надежда, и Мичиру поняла, что любит эту девочку. Она была немного похожа на свою маму, но в то же время совершенно другая.
Я хочу жить здесь.
Я хочу растить её тоже.
Я так сильно хочу получить этот второй шанс и использовать его...
"Да".
"Класс", - Хотару уже смеялась опять. Она указала на рождественское дерево и гордо улыбнулась. "Все мои подарки", - она сказала и захлопала в крошечные ладошки.
В этот момент кто-то громко постучал в дверь.
Хотару вздрогнула, когда кто-то постучал в дверь.
Один.
Два.
Три раза.
Потом дверь медленно открылась. Мичиру упорно боролась со смехом при виде Харуки, заходящей в комнату. Ну, не Харуки, а Санта Клауса, который сильно походил на высокую женщину. Красна шапка с трудом скрывала светлые волосы. Красное пальто было слишком большим, и борода царапала лицо. Она не выглядела уж очень веселой, и она потела. Но она пыталась быть хорошим Сантой. Она держала мешок в одной руке и метлу в другой.
"Хохохо!" - она смеялась очень низким голосом и начала кашлять, когда чуть не проглотила фальшивую бороду. "Есть ли здесь хорошая девочка, которая заслуживает хорошего подарка?"
Хотару радостно засмеялась и освободилась от объятия Мичиру. Она подбежала к своей маме и уже обняла её со всей силой, которой обладает девочка её возраста.
"Мамочка", - сказала она и держала её еще крепче. "Я скучала по тебе!" - Хотару отступила немного назад и критично осмотрела свою маму. "Где настоящий Санта?" - она спросила и любознательно огляделась вокруг.
"Он...эээ...он..." - Харуку бросило в пот, и она оперлась на метлу. "У него не было времени", - её лицо лицо заметно повесело из-за такой замечательной идеи. "Поэтому он дал мне кое-что из его одежды и сказал, что я должна прийти к тебе вместо него. Посуди, у него столько детей, которые хотят получить подарки, так что я сказала ему, что ему не стоит лишний раз напрягаться и что я сама отдам тебе твой подарок. Понимаешь?"
Хотару всё еще не была убеждена. Потом кивнула.
"Ладно", - она улыбнулась и схватила руку Харуки. "А для тёти тоже есть подарок?"
"Тёти?" - Харука подняла брови, и её челюсть буквально отвисла при виде молодой женщины, сидящей на ковре. Рядом с рождественской ёлкой. Мешок упал на землю. Вместе с метлой. Хотару не увидела удивления свой мамочки. Она перепрыгнула через комнату прямо в руки Мичиру.
"Ты будешь сегодня здесь, тетушка? Потому что мои другие тёти в...в...", - она, ожидая помощи, посмотрела на свою маму, но Харука до сих пор не шелохнулась. Её темные глаза расширились и всё, что она могла сделать - так это уставиться молодую женщину, которую она так долго искала. Которая неожиданно сидела в их гостиной комнате. Как будто это обычнейшая вещь в всём огромном мире.
"В больнице?" - спросила Мичиру и улыбнулась, когда Хотару энергично закивала.
"Да. У тёти Усаги будет ребенок", - объяснила маленькая девочка и сделала важный вид. "Тогда я не буду са...сам..."
"Самым младшим членом семьи?"
"Точно!" - Хотару опять кивнула и ухмыльнулась. "Тогда я буду большим защ...защ..."
"Защитником?"
"Ага!" - Хотару была счастлива, что кто-то понимает её так легко. Только её мама знала, какое слово она хотела использовать, но не могла произнести. "Я уже люблю её! Она будет моей лучшей под....под..."
"Подругой?"
"Да! Моей лучшей!" - Хотару опять запрыгала по комнате. "Не могу дождаться, когда увижу её!" - девочка подошла в ёлке. Умоляюще она взглянула на маму, но Харука до сих пор не реагировала ни на что. Она стояла там, всё еще уставившись на Мичиру, будто та была восьмым чудом света. Так что Хотару решила, что её мама не будет против, если она откроет хотя бы маленький подарок. Она залезла под дерево и достала упаковку. Молча она села и нетерпеливо начала разворачивать её.
Почему она не говорит ни слова?
Она не рада меня видеть?
Мичиру сглотнула и медленно поднялась на ноги. Нерешительно она подошла к Харуке, которая никак не отреагировала и на это. Только её темные глаза следили за её каждым движением.
Она до сих пор злится на меня?
Женщина с волосами цвета морской волны остановилась перед высокой блондинкой и нахмурилась.
"Хару?" - тихонько спросила она и протянула свою руку. Она вздрогнула, когда рука Харуки резко поднялась и схватила её. Крепко держа её.
"Мичиру?" - Харука наклонилась немного вперед, как будто она больше не доверяла своим глазам. "Это ты? Ты - настоящая?"
Мичиру только кивнула. Её горло внезапно пересохло, и она почувствовала себя невероятно счастливой.
Она до сих пор знает мое имя! После всех этих лет она до сих пор знает, как меня зовут!
"Игрушечный котенок!" - радостно крикнула Хотару, разворачивая вторую коробку. Весело она подбежала к двум женщинам и прыгнула на руки её мамы. "Спасибо!" - она обняла Харуку. "Спасибо. Люблю тебя!"
"Она - маленький дьяволенок", - прошептала Харука, закрывая дверь в детскую. Хотару теперь спала в своей кроватке крепко и сладко. Посте того, как Мичиру пришлось рассказать ей три сказки и после того, как Харуке пришлось приготовить ей теплое молоко с медом. "Но чаще всего замечательный ребенок".
"Да, ты права", - ответила Мичиру и последовала за другой женщиной обратно в гостиную комнату. Они провели там целый вечер. С находящейся в эйфории Хотару, которая играла с новыми игрушками. Мичиру и Харука непременно должны были играть вместе с ней. Хотя они обе хотели поговорить друг с другом.
Что теперь?
Мичиру чуть не врезалась в Харуку, потому что высокая блондинка внезапно остановилась. Женщина с аквамариновыми волосами мельком взглянула на часы и вздохнула. Почти полночь. Её время почти вышло.
"Мичиру?"
Еще десять минут, и всё это станет не больше чем воспоминанием для нее. Сладко-горьким воспоминанием, которое никогда не станет реальностью. Мечтой, которая никогда не осуществится.
"Да?" - она не рискнула поднять голову. Целый вечер был слишком фантастическим, чтобы быть настоящим, и сейчас она ждала названия цены, которую ей надо будет заплатить. Конечно, она будет слишком высока для неё.
"Я...", - Харука подошла к двери, ведущей на балкон. Опять она выглянуля за окно, где бушевала вьюга. Также как она стояла несколько часов назад. Загадывая то сумасшедшее желание. И теперь оно исполнилось...
Используй эту возможность!
Она не должна исчезнуть вновь!
Харука сжала свои ледяные кулаки.
Я не способна ждать её еще десять или двадцать лет.
"Я не верю в ангелов", - сказала она наконец и закусила свою нижную губу. То, что она хотела сказать звучало так странно, так нереально, но она была уверена, что будет сожалеть всю оставшуюся жизнь, если не скажет эти слова. Слова, которые она так часто произносила в своих мыслях. В течение последних десяти лет. Слова, которые она поклялась сказать Мичиру, когда она увидет её опять.
Видишь? Это - только мечта, ничего более!
Мичиру сглотнула и наклонилась за красной курткой. В комнате было тепло, поэтому она сняла его пару часов назад. Теперь она должна уйти. Без возможности вернуться вновь. Она не верит в ангелов...
"Понятно...", - она повернулась. Чтобв открыть дверь. Чтобы покинуть Харуку и милую Хотару навсегда. Чтобы пойти обратно на небеса и стать ангелом. Без знания, что значит быть человеком. В следующую секунду она почувствовала, как две сильные руки обняли её за талию. Как кто-то крепко держал её. Куртка незметно упала на ковер, и глаза Мичиру увеличились в размере.
"Не уходи в этот раз", - прошептала высокая блондинка немного охрипшым голосом. Её сердце неистово билось в грудной клетке, и она испытывала головокружение. "Прости за все, те жестокие слова, что я сказала тебе в последний раз. Ты была так права. Я оплакивала. Всё время я оплакивала. Не только моего брата, но и свое детство. Она остановилось в тот же день, когда он умер", - Харука спрятала лицо в мягком плече, и знала, что будет скучать по этому ощущению как ненормальная, если её придется отпустить Мичиру. "Ты была со мной, пытаясь помочь, а я только оттолкнула тебя. Прости меня за это".
Что?
Мичиру стояла не в состоянии реагировать, не в состоянии ничего ответить.
"Я не имею понятия, где ты была последние годы. Я искала тебя по всей Японии, но не могла найти..."
Харука покачала головой и держала её еще крепче. Было немного больно, но Мичиру скорее проглотила бы язык, чем произнесла бы одно слово.
Она искала меня?
"Как я тебе уже сказала, я не верю в ангелов, но я верю в тебя Мичи", - Харука вздохнула, и Мичиру почувствовала что-то мокрое на своей шее.
Она верит в меня?
Мичиру напряглась, всё еще не в состоянии сказать что-нибудь. Хотя бы одно слово.
Мичи...
"Я знаю, что это звучит как абсолютный бред, но я так сильно по тебе скучала в прошедшие годы. У меня было много времени подумать об этом и..." - Харука набрала воздуха в легкие.
Скажи это. Сейчас или никогда. У тебя сейчас есть шанс. Всё равно как она отреагирует. Если ей надо будет идти, то ты хотя бы не будешь сожалеть об этом вечере.
"...не уходи, Мичи. Пожалуйста, останься. Я...Я понимаю, что ты почти не знаешь ни меня, ни Ру-чан, но она тебе нравится. Я могла видеть это. И ты...ты мне нравишься", - Харука густо покраснела и немного ненавидела себя за это. Они никогда не запиналась ранее. Они никогда не чувствовала себя так неуверенно ранее. Она, кто обгоняет всех, тех парней на её красной машине Формулы-1. Она, войн ветра, кто побеждает всех, тех юм и спасает землю. Она, кто всегда идет своим путем. Без сомнений.
Скажи ей правду.
Она до сих пор не оттолкнула тебя.
Правильно?
Правильно?
До сих пор...
"Это звучит как безумство, но поверь мне, что это правда, когда я скажу тебе что...", - Харука опять сглотнула. Мичиру всё еще не реагировала. Она просто стояла там немного напряженно и без движения. "....что я люблю тебя...".
Наконец она произнесла те три слова. Харука закрыла глаза и опустила Мичиру. Пару секунд не было никакой рекции. Ни малейшего звука.
Я испугала её.
Харука сглотнула.
Господи, я даже себя испугала!
Потом она услышала тихие всхлипывания. Она открыла глаза и своим затуманенным взглядом разглядела, что слезы текли по щекам красавицы. Но не слезы горести, это были слезы счастья. Потому что самая прекрасная улыбка, которую только Харука видела в своей жизни, освещала уже румяное лицо.
Уже не такое бледное.
Она любит меня?
Мне разрешено остаться?
С ней? С её дочерью? До конца моей новой жизни?
Мичиру плакала еще сильнее, и её голос был каким-то странным, когда она спросила блондинку, стоящую перед ней.
"Ты уверена?"
Харука закусила нижнюю губу и кивнула. Она не могла знать насколько важен был её честный ответ для Мичиру, но она знала насколько он был важен для неё самой.
"Я хочу, чтобы ты осталась. Я искала тебя прошедшие годы. Нет, я искала тебя всю свою жизнь", - призналась высокая блондинка. "Если я и моя дочь тебе нужны, то пожалуйста останься, Мичи".
В следующую же секунду в её руках оказалась дрожащая женщина, кто плакала и смеялась одновременно. Её слезы казались бриллиантами и улыбка была такой нежной, что Харука могла бы смотреть на ее всю оставшуюся жизнь.
Может, это сумасшествие. Может, она не могла полюбить другую женщину, только потому видела её дважды в жизни. Только потому что она искала её так долго. Женщину, о прошлом которой ей неизвстно ничего. Может, она была ангелом, может, она убежала из дома. Может, она жила в другой стране и делала шутку из этого. Но какой бы правда не была, её чувства были настоящими. Харука могла видеть это в глубоких синих глазах. Всю любовь и счастье.
Не думая, она наклонилась и деликатно поцеловала маленькую девушку. Она закрыла глаза и почувствовала, как Мичиру обняла её и ответила на её самый первый поцелуй со всей любовью.
Может, это сумасшествие, но Харука была готова была столкнуться с любыми трудностями, что для них приготовило будущее.
Я люблю тебя, Мичи.
Я тоже тебя люблю, Хару.
Они обе целовались целую ночь. Они не заметили, как часы пробили полночь. Также как они не заметили и тени, которая быстро покинула балкон после этого. С тихим смехом немного похожим на "хохохо".

Конец

Если вы дошли до этой надписи, то значит вы совершили настоящий подвиг. Спасибо вам за него. Ну как? Понравилось, нет? В любом случае жду отзывов на ann5@rambler.ru Кстати, история не моя по определению. Её написала April Eagle называется Believing in an angel.